Выученная беспомощность

Список форумов Статьи

Описание: Сюда можно добавлять свои или чужие статьи, касающиеся психологии, которые вы считаете полезными или интересными.

Сообщение #1 Alex » 24.01.2017, 22:43

Мне кажется, что многим стоит познакомиться с теорией выученной беспомощности, разработанной Мартином Селигманом.

Начнем с небольшого видео. Посмотрите его, а потом решите, стоит ли читать дальше.
phpBB [media]


Теперь немного теории, взятой из Wiki:

Вы́ученная беспо́мощность (англ. learned helplessness), также приобретённая или зау́ченная беспомощность — состояние человека или животного, при котором индивид не предпринимает попыток к улучшению своего состояния (не пытается избежать негативных стимулов или получить позитивные), хотя имеет такую возможность. Появляется как правило после нескольких неудачных попыток воздействовать на негативные обстоятельства среды (или избежать их) и характеризуется пассивностью, отказом от действия, нежеланием менять враждебную среду или избегать её, даже когда появляется такая возможность. У людей, согласно ряду исследований, сопровождается потерей чувства свободы и контроля, неверием в возможность изменений и в собственные силы, подавленностью, депрессией и даже ускорением наступления смерти[1]. Феномен открыт американским психологом Мартином Селигманом в 1967 году.


Предпосылки

В 1964 году Мартин Селигман участвовал в серии экспериментов над собаками в психологической лаборатории Пенсильванского университета.

Эксперименты ставились по схеме классического обусловливания И. П. Павлова, часть их состояла в том, чтобы сформировать у собак условный рефлекс страха на звук высокого тона. В качестве негативного подкрепления использовался несильный, но чувствительный удар электрического тока, который собаки, сидя в клетках, испытывали после того, как слышали звук.

После нескольких стимуляций клетки открыли, чтобы проверить, начали ли собаки бояться звука. Экспериментаторы ожидали, что в силу сформированного рефлекса страха собаки будут убегать, заслышав высокий звук, чтобы избежать удара током. Однако, вопреки ожиданиям, собаки не убегали. Они ложились на пол и скулили, но не совершали никаких попыток убежать, хотя при открытых ящиках это было несложно. Результат никак не согласовался с господствующим в то время в психологии бихевиоризмом.

Наблюдая неожиданные результаты эксперимента, Мартин Селигман предположил, что, возможно, собаки не пытаются избежать удара током не из-за отсутствия страха — по их поведению было очевидно, что они ожидают удара — а потому, что в ходе эксперимента они несколько раз попытались избежать его, но поскольку это не получилось, они привыкли к его неизбежности. Иначе говоря, собаки «научились беспомощности».

Эксперимент
Селигман решил самостоятельно проверить своё предположение и в 1967 году вновь использовал схему Павлова для экспериментального изучения природы беспомощности. Вместе с коллегой Стивеном Майером он разработал похожую схему эксперимента с ударом током, но уже с участием трёх групп собак.

Первой группе предоставлялась возможность избежать болевого воздействия: нажав носом на специальную панель, собака этой группы могла отключить питание системы, вызывающей удар. Таким образом, она была в состоянии контролировать ситуацию, её реакция имела значение. У второй группы отключение шокового устройства зависело от действий первой группы. Эти собаки получали тот же удар, что и собаки первой группы, но их собственная реакция не влияла на результат. Болевое воздействие на собаку второй группы прекращалось только тогда, когда на отключающую панель нажимала связанная с ней собака первой группы. Третья группа собак (контрольная) удара вообще не получала.

В течение некоторого времени две экспериментальные группы собак подвергались действию электрошока равной интенсивности в равной степени, и в течение одинакового времени. Единственное различие состояло в том, что одни из них могли легко прекратить неприятное воздействие, а другие успевали убедиться в том, что не могут повлиять на неприятности.

После этого все три группы собак были помещены в ящик с перегородкой, через которую любая из них могла легко перепрыгнуть, и таким образом избавиться от электрошока.

Именно так и поступали собаки из группы, имевшей возможность контролировать удар. Легко перепрыгивали барьер собаки контрольной группы. Однако собаки с опытом неконтролируемости неприятностей метались по ящику, а затем ложились на дно и, поскуливая, переносили удары током все большей и большей силы.

Селигман и Майер сделали вывод о том, что беспомощность вызывают не сами по себе неприятные события, а опыт неконтролируемости этих событий. Живое существо становится беспомощным, если оно привыкает к тому, что от его активных действий ничего не зависит, неприятности происходят сами по себе и на их возникновение влиять никак нельзя. Первые эксперименты Мартина Селигмана получили широкую известность, были опубликованы солидными психологическими журналами.

В 1976 году Селигман получил за свою теорию выученной беспомощности премию Американской психологической ассоциации.

Продолжение исследований

Контроль и его влияние на здоровье престарелых
Изучение беспомощности, контроля и их влияния на психику человека продолжили в 1976 году психологи Эллен Джейн Лангер (англ.)русск. и Джудит Роден (англ.)русск., проведя ставшее впоследствии знаменитым[5][6] исследование в доме престарелых Арден-Хауз в штате Коннектикут.

Для проведения исследования Лангер и Родин случайно выбрали два этажа дома престарелых, обитатели которых стали участниками эксперимента. Таким образом в экспериментальную группу вошло 8 мужчин и 39 женщин (четвертый этаж), в контрольную — 9 мужчин и 35 женщин (второй этаж), всего 91 человек.

Ход эксперимента

Экспериментаторы договорились с администрацией заведения о двух типах экспериментальных условий. Вкратце их можно описать так: жителям четвертого этажа предоставлялась увеличенная ответственность за себя и свой образ жизни, жителям второго этажа оставляли возможность вести обычный для пациентов дома образ жизни, в окружении внимания и заботы персонала.

Жителям второго этажа на первом собрании дали стандартную инструкцию:

Мы хотим, чтобы ваши комнаты выглядели как можно уютнее и постараемся все для этого сделать. Мы хотим, чтобы вы чувствовали себя здесь счастливыми, и считаем себя ответственными за то, чтобы вы могли гордиться нашим домом престарелых и быть здесь счастливы… Мы сделаем все, что в наших силах, чтобы помочь вам… Я хотел бы воспользоваться возможностью и вручить каждому из вас подарок от Арден-Хауза (служащая обошла всех и вручила каждому пациенту по растению) теперь это ваши растения, они будут стоять у вас в комнате, медсестры будут поливать их и заботиться о них, вам самим ничего не нужно будет делать
— Rodin J., Langer E. Long-term effects of a control relevant intervention with the institutionalized aged
Жителям четвертого этажа было сказано следующее:

Вы сами должны решить, как будет выглядеть ваша комната, хотите ли вы оставить там все как есть или желаете, чтобы наши служащие помогли вам переставить мебель… Вы сами должны сообщить нам свои пожелания, рассказать, что именно вы бы хотели изменить в своей жизни. Кроме того, я хотел бы воспользоваться нашей встречей, чтобы вручить каждому из вас подарок от Арден-Хауза. Если вы решите, что вы хотите завести растение, то можете выбрать то, которое вам понравится, из этого ящика. Эти растения ваши, вы должны содержать их и заботиться о них так, как считаете нужным. На следующей неделе два вечера, во вторник и в пятницу, мы будем демонстрировать фильм. Вам нужно решить, в какой именно день вы пойдете в кино и хотите ли вы вообще смотреть фильм.


Таким образом группе четвертого этажа (экспериментальной) была предоставлена возможность делать выбор и контролировать ситуацию по различным жизненным вопросам. Обитателям же второго этажа (контрольной группе) было сказано как будто то же самое, однако из сообщения было понятно, что большинство решений, касающихся их жизни будут принимать не они, а руководство. Эксперимент длился 3 недели, в течение которых администрация и персонал четко придерживались заявленной политики на обоих этажах. По истечении трех недель среди пациентов были проведены опросы, измеряющие удовлетворенность собственной жизнью, кроме того медперсонал получил опросники по активности, общительности, общему тонусу, питанию и привычкам пациентов. Также замерялось, сколько испытуемых из каждой группы решили посмотреть фильм, и сколько из них решили поучаствовать в несложном соревновании (угадать количество конфет в большой банке).

Результаты

Различия между двумя группами оказались экспериментально значимыми. Так, отрицательный средний уровень счастья −0,12 у «группы второго этажа» противопоставлялся средней оценке +0,28 у «группы четвертого этажа» (по личным сообщениям пациентов). Изменение состояния пациентов по оценкам медсестер у экспериментальной группы показало +3,97 (улучшение) против −2,39 (ухудшение) у контрольной. Значительно различалось также время, потраченное на общение с другими пациентами, беседы с персоналом, а также пассивное наблюдение за персоналом (последний критерий показал −2,14 у экспериментальной группы против +4,64 у контрольной).

Оценки фактического поведения жильцов также подтвердили предположение о позитивном воздействии контроля и возможности влиять на свою жизнь. Большее число участников экспериментальной группы посмотрели кинофильм и поучаствовали в игре на отгадывание (10 против 1). Сделанный исследователями вывод гласил, что некоторые негативные явления, сопутствующие старению (потеря памяти, снижение тонуса), вероятно, связаны с утратой возможности контролировать собственную жизнь, а значит, их можно предотвратить, вернув пожилым людям право принимать решения и чувствовать свою компетентность.

Добавлено спустя 19 минут 46 секунд:
Еще исследование выученной беспомощности Источник: http://romek.name/books/razvitie-teorii-s-lyudmi-byvaet-zhe-samoe#.WIfCMFOLS7Q

Не секрет, что возможность непосредственного применения результатов, полученных на животных, к объяснению особенностей поведения человека до сих пор вызывает большие сомнения. Конечно, эти сомнения возникли и у Селигмана, и у его коллег - психологов. Дональд Хирото, молодой американский психолог, в 1971 г. попытался проверить, применима ли закономерность, обнаруженная Селигманом, к людям.

Хирото придумал следующую схему эксперимента. Сначала он предложил трем группам испытуемых обнаружить комбинацию кнопок, нажатие которых будет отключать громкий раздражающий звук. У одной группы такая возможность была - искомая комбинация существовала. У другой же группы кнопки были просто отключены. Какие бы комбинации они ни нажимали, неприятный звук продолжал звучать. Третья группа вообще не участвовала в первой части эксперимента.

Затем испытуемых направляли в другую комнату, где стоял специально оборудованный ящик. Испытуемые должны были положить в него руку, и когда рука прикасалась ко дну ящика, раздавался противный звук. Если испытуемые касались противоположной стенки - звук прекращался.

В итоге выяснилось, что люди, имевшие на первом этапе эксперимента возможность отключать неприятный звук, выключали его и во второй серии экспериментов. Они не соглашались с ним мириться, и быстро обнаруживали способ прекратить неприятные ощущения. Так же поступали люди из группы, не участвовавшие в первой серии.

Те же, кто в первой серии испытал беспомощность, переносили эту приобретенную беспомощность в новую ситуацию. Они даже не пытались выключить звук - просто сидели и ждали, когда все кончится.

В этом и последующих экспериментах, таким образом, было установлено, что у человека принципиально существует тот же механизм формирования беспомощности, что и у животных, и что беспомощность легко переносится на другие ситуации (т.е. генерализуется).

Но по сравнению с животными у людей были обнаружены и некоторые особенности, которые еще раз подтвердили важность когнитивных процессов в регуляции поведения человека.

В одном из экспериментов Хирото перед контрольной серией просто предупреждал "беспомощных" испытуемых, что способность контролировать неприятный звук зависит либо от случая (экстернальная атрибуция), либо от способностей испытуемых (ин-тернальная атрибуция). В первом случае латентное время выключения звука оставалось на "беспомощном" уровне, во втором - постепенно сокращалось и достигало уровня испытуемых контрольной группы.

Этот эксперимент позволяет сделать крайне важный для терапии вывод о возможности вербального воздействия на беспомощность интервальными инструкциями.

В целом ряде исследований (например, DeVellis et al., 1978) было показано, что беспомощности человек может научиться, если просто наблюдает за беспомощностью других. Иными словами, демонстрация беспомощных моделей так же существенна, как и собственный опыт неконтролируемости событий. В терапевтическом плане можно предположить, что модели эффективного совладания с трудностями также имеют существенный обучающий потенциал.


Еще о выученной беспомощности. Источник тот же.

Добавлено спустя 14 минут 9 секунд:
Итак, Мартин Селигман определяет беспомощность как состояние, возникающее в ситуации, когда нам кажется, что внешние события от нас не зависят, и мы ничего не можем сделать, чтобы их предотвратить или видоизменить. Если это состояние и связанные с ним особенности мотивации и атрибуции переносятся на другие ситуации, то, значит, налицо выученная беспомощность. Очень непродолжительной истории неконтролируемости окружающего мира достаточно для того, чтобы выученная беспомощность начала жить как бы своей собственной жизнью, стала сама управлять нашим поведением.

Опыт неконтролируемых последствий у животных и людей закономерно приводит к пессимизму и депрессии, к снижению стремления предотвратить трудные ситуации или активно овладевать ими. Ответственны за возникновение этого не столько неприятные или болезненные переживания сами по себе, сколько опыт их неконтролируемости.

Именно этим объясняется тот факт, что относительно позитивных последствий Селигман получил схожие результаты. Интенсивное поощрение, возникающее вне зависимости от действий испытуемых, точно так же, как и наказание, приводит к потере инициативы и способности к конкурентной борьбе.

Итак, беспомощность у человека вызывается неконтролируемостью и непредсказуемостью событий внешнего мира. Уже в раннем детстве - в младенческом возрасте человек учится контролю над внешним миром. Помешать этому процессу могут три обстоятельства:

полное отсутствие последствий (депривация);
однообразие последствий;
асинхронность, или отсутствие видимой связи между действиями и их последствиями.


Отсутствие последствий. Никому в России не нужно объяснять, с чем сталкиваются сироты в большинстве детских домов. Однообразная серая одежда, такая же однообразная и пресная пища, скудная библиотека, занятые своими делами воспитатели и учителя. Однообразие среды дополняется депривацией простого человеческого общения. В замкнутый мирок поступает слишком мало стимулов, слишком мало информации, чтобы растущий человек научился связывать плохие и хорошие поступки с плохими и хорошими последствиями. Разные поступки так или иначе есть всегда - разных последствий не хватает. Поэтому к моменту выпуска молодых людей в большинстве случаев трудно назвать адаптивными, приспособленными и оптимистичными людьми.

По аналогии с этим "экстремальным" примером мы легко обнаружим зоны потенциальной беспомощности в далеком сибирском поселке, глухой деревне в центре России, в семье начинающего предпринимателя и его жены - учительницы, с утра до поздней ночи занятых каждый своим "бизнесом".

Общее во всех этих случаях - бедная на последствия и общение среда, в которой ребенок просто не в состоянии соотнести разное поведение с разными реакциями окружения. Этих реакций просто нет.

Пример. Женщина обращается к психологу с просьбой помочь. Ее уже взрослый сын ничего не желает делать. Семья довольно обеспеченная, у каждого из супругов свой бизнес, сыну они тоже ни в чем не отказывают. Чтобы помочь сыну стать на ноги, отец зарегистрировал для того собственную фирму с поставленным уже бизнесом. Нужно только работать. Но сын и этого не хочет! Он либо сидит весь день дома, либо, что еще хуже, берет машину и отправляется проведывать своих дружков. В общем, делом заниматься не хочет - у него нет к нему никакого интереса. Психолог предлагает попробовать изменить кое-что в отношении к сыну (а сыну уже 26!). Изменить последствия, которые имеют его действия. Отобрать машину и отдать тому, кто ведет дела в фирме. Вернуть машину, если он займется делами фирмы. Выплачивать ему в фирме зарплату в точном соответствии с рабочими часами, которые он там проведет. Если управление фирмой не даст нужных результатов, продать ее или забрать себе в управление. Но в этот момент - перестать платить зарплату.

Спустя 2 месяца сын начал вести дела фирмы сам и купил себе на заработанные в удачной сделке деньги собственную машину, чтобы не зависеть от родителей.

Однообразие последствий. Чтобы избежать пессимизма и беспомощности, последствия как минимум должны быть в наличии. И они должны быть разными. Любой психолог, работающий в милиции или детприемнике, расскажет вам массу ужасных случаев, главным действующим лицом которых были дети из очень благополучных семей. Неожиданные асоциальные поступки эти благополучные дети совершают так же часто, как и дети из детских домов и интернатов. Совершенно неожиданные и немотивированные побеги из семьи, агрессивные действия, кражи, вандализм, не имеющие, на первый взгляд, никакого разумного объяснения, легко можно объяснить в рамках теории выученной беспомощности. Гиперопека детей из богатых семей, чаще всего связанная с однотипно позитивными последствиями, так же опасна, как и гиперконтроль со стандартно следующим штрафом за любые нарушения. Опасность состоит в однотипности последствий.

Ребенок, который в ответ на разное (хорошее и плохое) поведение получает совершенно одинаковые (безразлично - приятные или неприятные) последствия, точно так же теряет ориентиры для управления собственной активностью, как и ребенок, вообще никакой обратной связи не получающий.

Пример. Девочка Саша ходит в 1 класс с большой охотой, ей все в школе нравится. Но вдруг родители замечают, что интерес стремительно улетучивается, ребенок не хочет делать уроки, с нежеланием идет в школу.

Ребенка как бы подменили. Лишь случайно родители узнают, что в классе появился новый учитель, который часто ставит четверки и требует выполнять работу над ошибками. Сначала Саша это делала охотно, поскольку сама видела эти ошибки и знала, как их можно исправить. Но новый учитель даже после прекрасно выполненной повторной работы все равно ставит четверку. С его точки зрения это - справедливо. Ведь ошибка-то была допущена.

Саша очень расстроена. Для нее исчез всякий смысл исправлять ошибки. Как бы хорошо она ни работала над ошибками - все равно оценка не улучшается. Мотивация к учебе стремительно, в течение двух-трех дней, исчезает.

Родителям, к счастью, удалось убедить учителя поощрять ребенка, но интерес к школе восстанавливался очень и очень медленно.

Есть еще одна форма беспомощности, возникающей по причине однообразия последствий. Ребенок или взрослый, который, совершая разные - хорошие и плохие, добрые или злые - действия, знает, что все равно его родители (или его статус) защитят его от неприятностей, оказывается беспомощным в такой же степени, как и тот, кто наталкивается на массивную критику, что бы он ни делал.

Если приблизить эти результаты к реальной жизни, то беспомощность возникает тогда, когда человек (ребенок), пытающийся решить некоторую поведенческую проблему, не находит никакой системы в том, как реагируют окружающие на его действия, и никто ему не помогает обнаружить эту систему.

Асинхронность. Третья причина беспомощности может состоять в том, что между действиями и последствиями проходит так много времени (асинхронность во времени), что невозможно связать реакции окружения с теми или иными собственными действиями. Порка по пятницам, разнос по понедельникам, выдаваемая случайно и довольно редко зарплата - все это, последствия, которые асинхронны во времени с их причинами. В этом случае зарплата перестает ассоциироваться с результатами труда, критика родителей - с ошибками, допущенными в домашнем задании. Итог тот же.

Добавлено спустя 4 минуты 56 секунд:
Интересные приемы работы с детьми, которые можно использовать в работе с выработанной беспомощностью.

Источник: Автор: Кэтрин Кволс. Книга «Радость воспитания. Как воспитывать детей без наказания»

Родители Энджи заметили, что она все больше и больше отходит от семейных дел. Голос у нее стал каким-то жалобным, и по малейшему поводу она тут же начинала плакать. Если ее просили что-нибудь сделать, она хныкала и говорила: «Я не умею». Она также начала невразумительно бормотать что-то себе под нос, и, таким образом, трудно было понять, что она хочет. Родители были чрезвычайно обеспокоены ее поведением дома и в школе.

Энджи стала демонстрировать своим поведением четвертую цель — уклонение, или, другими словами, показную неполноценность. Она настолько разуверилась в себе, что не хотела браться ни за что. Своим поведением она как бы говорила: «Я беспомощна и ни на что не гожусь. Ничего не требуйте от меня. Оставьте меня в покое». Дети с целью «уклонение» стараются излишне подчеркнуть свои слабости и зачастую убеждают нас в том, что они глупы или неуклюжи. Нашей реакцией на такое поведение может быть жалость по отношению к ним.

Переориентация цели «уклонение»

Вот некоторые способы того, как можно переориентировать ребенка. Весьма важно немедленно перестать жалеть его. Жалея наших детей, мы поощряем их жалость к себе и убеждаем в том, что теряем веру в них. Ничто так не парализует людей, как чувство жалости к себе. Если мы так реагируем на их демонстративное отчаяние, да еще и помогаем им в том, что они прекрасно могут сделать сами у них вырабатывается привычка добиваться того, что они хотят, унылым настроением. Если эта манера поведения сохранится и в зрелом возрасте, то она уже будет называться депрессией.

Прежде всего, измените свои ожидания относительно того, что такой ребенок мог бы сделать, и сконцентрируйтесь на том, что ребенок уже сделал. Если вы чувствуете, что ребенок отреагирует на вашу просьбу высказыванием «Я не могу», то лучше не просите его вообще. Ребенок изо всех сил старается убедить вас в том, что он беспомощен. Сделайте такую ответную реакцию недопустимой, создав ситуацию, в которой он не сможет убедить вас в своей беспомощности. Сопереживайте, но не проникайтесь сочувствием, пытаясь ему помочь. Например: «Ты, кажется, испытываешь затруднения в этом деле», и ни в коем случае не так: «Дай-ка мне сделать это. Для тебя это слишком трудно, не так ли?» Вы можете также сказать ласковым тоном: «А ты все равно постарайся сделать это». Создайте обстановку, в которой ребенку удастся преуспеть, а затем постепенно усложните задачу. Подбадривая его, проявите неподдельную искренность. Такой ребенок бывает предельно чувствителен и подозрителен в отношении поощрительных высказываний в его адрес, и может не поверить вам. Воздержитесь от попыток уговаривать его делать что-нибудь.

Вот несколько примеров

У одной учительницы была восьмилетняя ученица по имени Лиз, которая пользовалась целью «уклонение». Задав контрольную работу по математике, учительница обратила внимание на то, что прошло довольно много времени, а Лиз даже еще и не приступала к заданию. Учительница спросила Лиз, почему она так и не начала его выполнять, и Лиз кротко ответила: «Я не умею». Учительница спросила: «Какую часть задания ты готова сделать?» Лиз пожала плечами. Учительница спросила: «Ты готова написать свое имя?» Лиз согласилась, и учительница отошла на несколько минут. Лиз написала свое имя, но больше ничего не делала. Затем учительница спросила Лиз, готова ли та решить два примера, и Лиз согласилась. Так продолжалось до тех пор, пока Лиз полностью не выполнила задание. Учительнице удалось подвести Лиз к пониманию, что успеха можно добиться, разбив всю работу на отдельные вполне выполнимые стадии.

А вот еще один пример.

Кевин, мальчик девяти лет, получил задание найти в словаре правописание слов, а затем выписать их значения. Его отец заметил, что Кевин старался делать все, что угодно, но только не уроки. Он то плакал от досады, то хныкал от беспомощности, то говорил отцу, что ничего не смыслит в этом деле. Папа понял, что Кевин просто напуган предстоящей работой и пасует перед ней, даже не попытавшись сделать что-либо. Поэтому папа решил разбить все задание на отдельные, более доступные задачи, с которыми Кевин вполне мог бы справиться.

Вначале папа искал в словаре слова, а Кевин выписывал в тетрадь их значения. После того как Кевин научился успешно выполнять свою задачу, папа предложил ему выписывать значения слов, а также находить эти слова в словаре по их первой букве, а сам делал все остальное. Затем папа стал по очереди с Кевином находить каждое последующее слово в словаре и т. д. Так продолжалось до тех пор, пока Кевин не научился делать задание самостоятельно. Чтобы завершить процесс, потребовалось много времени, но оно пошло на пользу и учебе Кевина, и его отношениям с отцом.
Записаться на консультацию можно здесь.
Alex M
Администратор
Администратор
Аватара
Откуда: Киев
Репутация: 2
С нами: 5 лет

Вернуться в Статьи

Кто сейчас на сайте (по активности за 10 минут)

Сейчас этот форум просматривают: 1 гость

cron